глава 7
Гарри стремительно покинул старый дом, где, казалось, за каждым углом мог прятаться очередной вампир. Было неясно, что они все же планируют. Но Гарри не сомневался, что там, где Снейп, несомненно, заваривается что-то крупное. Но на кого тогда все это время работал зельевар? Надо сказать, что в сознании Гарри рухнула очередная легенда.
Получалось, что зельевар вовсе не был героем света и жертвой Темного Лорда. Да и был ли он Снейпом? Хотя, что он, тот таковым назвался. Но, все равно, странностей в произошедшем хватало. Все узнанное еще предстояло переосмыслить, и на это нужно было время.
А главное, хотелось допросить Кингсли, ведь тот был в курсе всего, но наверняка начнет врать и выворачиваться. Впрочем, можно было дать ему шанс все рассказать самому. Это будет своеобразной проверкой и ему и Джинни. Тогда и станет все ясно с их отношением к нему. Подлинным отношением. Так Гарри решил и поступить. Если их отношения для министра и возможной супруги что-то значат, то он сам все расскажет. А если нет – то пора со всем этим заканчивать.
Конечно, Гарри подозревал, что закончить будет не так просто. Но за себя был уверен, он умел «обрубать» концы. С Джинни было сложнее, ведь она была матерью его сына, и вот-вот должен был родиться второй, но как могла на нем отразиться вампирская кровь? – это был вопрос. Тут он злился на жену. Но с другой стороны - мог ее и понять, потому как это было шансом на излечение, гарантию на которое никто из врачей не давал. С Роном все было понятно, ведь он читал, чем случайное инфицирование может закончиться. Так что, пожалуй, то, что случилось – лучший вариант для его друга, как ни крути.
С такими мыслями Гарри отошел от старого дома и оглянувшись привычно по сторонам, нет ли магглов, хотя вроде это уже было и ни к чему, но привычка осталась, аппарировал.
Из-за дерева неподалеку от места аппарации вышел Снейп. Посмотрел, что называется, вслед и покачал головой, он был уверен, что без Поттера там не обошлось. И появление последнего полностью подтверждало его подозрения. Однако кое-что ему было непонятно во всем этом. Он чуть склонил голову в почтении, не оглядываясь, но ощущая чужое присутствие.
— Мессир? Прошу вас. –- он не сомневался в том, кто подошел к нему.
— Не скромничай, охотник. Ведь ты все понял. Но мне интересна история крови этого мальчика.
— Маг. Полукровка. Точнее — мать магглорожденная. Присуствует кровь Блэков.
— А вот это просчет, охотник. И серьезный. Мальчик перворожденный и следует назначить такому сокровищу тайную защиту. –- Вампир поцеловал кончики пальцев. –- Надеюсь, причин объяснять не надо? Что-то тут у вас изрядно все запущено... в мои времена перворожденные с таким потенциалом просто так по улицам не бегали. Как и дикие. Что тут у вас протухло до такой степени?
Снейп вздохнул.
— В стране сейчас нет правящей триады, мессир. Последняя война Крови точно косой прошлась по нашим рядам. Но чтобы Поттер… Этого просто не может быть. Я был с ним семь лет и лично знал его мать и отца, да, в его отце была кровь Блэков, но Лили…
— А какое наследие было у этой Лили?
— У магглоквровки? Наследие?
— Охотник, магия из ничего не берется, поколение или два назад там был магик. Кто?
— Но... определить...
— Ты вампир, и не слабый, как можно было не определить это? Разве ты не пробовал ее или его?
— Мессир, я дампир. Мне в таком не было нужды.
— Дампир? С такими данными силы крови? И охотник? У вас что, все с ума посходили? Кто посмел тебя инициировать? — на мгновение его глаза вспыхнули алым.
— Мессир, так вышло, что я покинул этот мир, была война. Это было немного преждевременно, но не окончательно, к счастью.
— У тебя есть партнер? Источник?
— Нет, мессир. Это не случилось, хотя в юности был момент, и мне, казалось, такое. Источника тоже нет, но… в клане я получаю кровь, когда возникает необходимость. К счастью, это случается не так уж часто.
— И ты не счел никого достойным себя за это время?
— Я решил, что карьера охотника и самостоятельность мне нравятся больше.
— Значит, говоришь, ты знал его мать и отца? Что-то мне такое проявление характера напоминает.
— Вы ошибаетесь, мессир…— но вампир не услышал твердой уверенности в голосе дампира и хмыкнул.
— Надеюсь, Кровавые камни еще на месте? — решил он сменить тему.
— Да. Место силы существует.
— Хоть одна хорошая новость. В таком случае нам в Фанхорн маунт. У нас много дел.
— Слушаюсь, мессир.
— Твоим заданием становится линия крови Поттера. Как зовут юного перворожденного?
— Гарри, мессир.
— Милое имя. Мне нравится. В его крови чувствуется пикантная нотка некросов.
— Он из Певереллов, мессир.
— Очаровательно. Элитный коктейль для нежити, мой друг. Выяснить все досконально. — Последнее прозвучало уже довольно жестко. –- Узнать, кто упустил кровь и доложить лично.
Снейп только поклонился. В его голове крутились сотни вариантов. Но ни один из них и близко пока что не походил на правду.
-оОо-
Кингсли Шеклбот разбил о стену очередную чернильницу. Запустив ею после того, как маги, участвовавшие в совещании, покинули его кабинет. Все. Включая Гарри. Когда-то белоснежное покрытие сейчас напоминало картину абстракциониста. Это была далеко не первая чернильница. Ярость почти подавила его сознание, глаза налились оранжевым свечением, черты лица странно исказились, став уродливее и куда костистее, мало напоминая человеческие, он понимал, что в любой момент может сорваться. А это конец всему.
Гарри, его Гарри, просто игнорировал его, такого до сих пор не было в их уже довольно долгих отношениях. Негодный мальчишка и сегодня умудрился все повернуть так, что оснований для его задержки не оставалось.
Министр упал на колени, вонзая удлинившиеся когти в свою грудь, раздирая плоть и давая темной крови наполнить раны до того, как они прямо на глазах регенерировали.
С каким наслаждением он бы дал напиться своему возлюбленному этой крови, подобное было едва ли не самым эротичным в среде немертвых, но подобное было недопустимо. И он это сознавал, как никто другой. Ему нужен был Гарри, его присутствие, контакт с ним, даже касания наполняли желанием всю его сущность. Но чертов аврор ускользал каждый раз, точно вода сквозь пальцы. В свое время он пошел едва ли не на разрыв с орденом из-за мальчишки. Дамблдор упирался до последнего, если бы старика не упокоил на время Снейп, то это сделал бы он, чтобы бородатый не мешался под ногами, сам Кингсли в то время уже переродился. Во всем оказался виноват один из рейдов, когда он напоролся на дикого.
Два дня и он был бы потерян. При подобном его могла спасти только кровь перворожденного или древнейшего. Но как он вдруг выяснил, Древнейших в Англии давно не было, что побудило его заняться поисками возможных следов таких существ, но это было делом долгим, а перерождение при таких травмах шло быстро. И если бы не покровительство его наставника – духовного отца — которому он был посвящен с рождения, то, скорее всего его бы уничтожили сами вампиры. Но тот лишь посмеялся, сочтя такое дополнение к своему сыну по духу довольно забавным. У Барона было весьма своеобразное чувство юмора.
Так что и сейчас у него был еще один вариант. И оставалось им воспользоваться. Надлежало в очередной раз воспользоваться силой наставника.
Через пару минут чернокожий министр уже подходил к негритянскому гетто в пригороде. Он знал, куда шел. Это теперь было его маленькое королевство, его вотчина. В низком полуподвале одного из давно заброшенных цехов, ныне переданного под ночлежку, было организовано святилище барону Саммеди, владыке Судеб и Перекрестков. Его отцу и наставнику.
Тут его приветствовали как своего, возлюбленный сын Костяного Барона, его живое воплощение, вместилище его духа, он был своеобразным черным царьком среди подобных ему. Его маленького личного воинства Диких, но все же подконтрольных ему чернокожих вампиров. Да , у них хватало недостатков. Они не могли появляться в дневное время. Они не принимали обычную пищу и им чаще, чем высшим была нужна кровь. Но зато их реакции были быстрее, а сила и вовсе зашкаливала, особенно в моменты приступов Кровожадности, которые он научил их использовать.
Он принес с собой подношения, главным из которых был обязательный черный петух, ром, в который были погружены двадцать одни жгучий перец и , который никто из простых смертных не смог бы глотнуть, черный кофе, жаренный арахис и хлеб
Барон был доволен одним из своих сыновей, его щедрыми подношениями и пусть даже немного пошалил, приняв не слишком любимую Костяным Демоном кровь вампиров, но в сущности к немертвым Саммеди не питал сильной неприязни. Эти игры его забавляли в конечном результате. Вампиры ему страшны не были, потому как барон не имел крови и находил их способ питания довольно забавным.
Языком своего жреца Барон вопросил, что хочет от него его сын?
Тот пожаловался на жажду крови, ярость, застилающую глаза... острое неудовлетворенное желание секса.
Вот они, недостатки этих жидкостей!
— Говори точнее — твой возлюбленный несколько охладел к тебе? Не ярость, а ревность, не жажда крови, а желание потрахаться! Думаю, что тебе стоит с ним открыто поговорить, сын. Дитя Смерти ждет откровения.
По мере танцев и ритуальных песнопений транс снимал остатки напряжения с дикого вампира, давая ему вновь выдержку. Он получит свое!
Да и еще опять мешал этот старик… Барон только расхохотался в его сознании и весьма неприлично отозвался, что с тем стоит сделать. В этом определенно что-то было…
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://tl.rulate.ru/book/2730/86456
Готово:
